РАВНОДУШИЕ ОБЩЕСТВА ПАГУБНО ДЛЯ ПРЕССЫ

Свобода прессы как элемент демократической политики неотделима от политической свободы и общественного менталитета. Сами по себе СМИ не могут повлиять на ситуацию, если политическая власть монополизирована руководством, а общество разобщено и равнодушно.

Не все российские СМИ подконтрольны государству. В то время, как массовые средства информации - в первую очередь государственные телеканалы - превращаются в орудия пропаганды, несколько органов с более скромной аудиторией - печатные, электронные, радио, и даже небольшие телеканалы - проводят относительно независимую редакционную политику. Некоторые из них по мере сил обличают злоупотребления государственных чиновников властью; другие занимаются преимущественно критическим анализом и выражением негодования.

Кремль не стремится к тому, чтобы заткнуть рты всем и каждому, да это и не нужно: в жестко контролируемой политической среде независимые СМИ не влияют на политику, а следовательно не представляют угрозы для правительства. За последнее десятилетие российская политическая оппозиция подверглась радикальной маргинализации, а система демократических сдержек и противовесов превратилась в банальную вывеску. В отсутствии политической свободы функция СМИ сводится к простому освещению новостей, а их миссия - требовать от властей отчета перед общественностью - оказывается невыполнимой.

Контролируемая политическая среда и посягательство государства на общественную сферу, включая СМИ, представляют проблему сами по себе. Ситуацию усугубляет раздробленность и пассивность российского общества. Опыт таких стран, как Югославия при Слободане Милошевиче или Украина при Леониде Кучме, показывает, что при наличии у людей стимула и организации силы оппозиции могут изменить положение дел, несмотря на ограничения в деятельности СМИ. Однако в России даже продвинутые и критически настроенные аудитории альтернативных новостных органов бездействуют и по-видимому не возражают против того, что правительство не допускает их к участию во внутренней политике.

В обществе фактически отсутствует опыт социальной организации и стремление к ней, а значит и общественная солидарность. Государство традиционно доминирует над обществом, и люди не считают себя силой, которая может попробовать призвать правительство к ответу. Результат - повсеместное злоупотребление властью, вездесущая коррупция и пренебрежительное отношение к закону.

Журналисты, адвокаты и общественные активисты, выступающие против нарушений правосудия и прав человека или злоупотреблений государственных чиновников должностными полномочиями, беззащитны. Соотечественники их усилий не ценят. Если на них ополчается государство, на общественную поддержку и юридическую защиту им рассчитывать фактически не приходится.

Россия имеет печальную славу страны, в которой расправы с журналистами и их убийства - не редкость. При этом исполнителей и заказчиков этих убийств почти никогда не находят и не судят. Нет никаких сомнений в том, что такие журналисты, как Анна Политковская или Юрий Щекочихин (а подобных случаев гораздо больше), были убиты, потому что их публикации мешали интересам влиятельных чиновников и богатеев. Лишь за прошлый год пугающее число новых имен пополнило мрачный список убитых или искалеченных журналистов, правозащитников и адвокатов: Станислав Маркелов, Анастасия Бабурова, Михаил Бекетов, Вадим Рогожин.

И хотя нет доказательств того, что хоть в одном из этих заказных убийств исполнители действовали по приказу Кремля, манипулирующее судебными решениями в политических целях российское правительство все же несет ответственность за установившуюся атмосферу беззакония, в которой преступники действуют не страшась наказания. Когда исполнительная власть коррумпировала правосудие, преступники и их спонсоры получают возможность купить себе защиту от судебного преследования. Безразличие общества усугубляет проблему. Законопослушное государство не укоренится в России до тех пор, пока российское общество не организуется настолько, чтобы потребовать власти закона и отчета правительства перед общественностью.

Мария Липман, журналист и аналитик, является главным редактором журнала Pro et Contra, выпускаемого Московским Центром Карнеги.