Опубликовано 27 октября 2011 года

ТОЛЬЯТТИ, Россия
Солнечным июньским днем Стелла Иванова везет своего гостя в рабочий квартал, где почти десять лет назад жил ее брат Валерий Иванов, главный редактор газеты «Тольяттинское обозрение». На бульваре Гая она подъезжает к мрачному многоквартирному дому и останавливает машину у третьего подъезда.

Теплым весенним вечером 29 апреля 2002 года у этого подъезда пили пиво шестеро молодых людей. Валерий Иванов поставил свою «Ниву» у обочины, в метре от деревянной скамейки, на которой сидели молодые люди. Около одиннадцати часов вечера Валерий Иванов, которому нужно было куда-то съездить, вышел из своей квартиры и спустился к машине. В этот момент неизвестный, который видимо, поджидал тридцатидвухлетнего редактора, подошел к нему и произвел восемь выстрелов в упор из пистолета Макарова, снабженного глушителем. На убийце не было маски, и с места преступления он просто ушел, небрежно бросив пистолет неподалеку.

Дополнительная информация по этой теме
• Рекомендации КЗЖ
• Глобальная кампания по борьбе с безнаказанностью
В печати
• Скачать в формате pdf
На других языках
• английский

«У молодой женщины, которая пришла ко мне,-- рассказывала позже Елена, вдова Валерия Иванова,--случилась настоящая истерика. Она без конца повторяла: убили, убили! Я ничего не могла понять». Этого действительно нельзя было понять, но факт остается фактом: прибывшие специалисты констатировали, что Иванов скончался на месте преступления.

У следователей было достаточно материала для работы: свидетели-- молодые люди, видевшие, как было совершено преступление; орудие убийства; показания членов семьи убитого и его коллег, способных назвать имена бизнесменов, политиков, криминальных авторитетов и сотрудников правоохранительных органов, которых приводило в ярость откровенное разоблачение на страницах газеты коррупции и преступлений, снискавших печальную известность столице российского автопрома. И, тем не менее, в рамках расследования арестов не производилось.

Спустя полтора года после этого убийства, близкого друга и преемника Иванова, редактора «Тольяттинского обозрения» Алексея Сидорова, зарезали перед подъездом собственного дома. Это преступление также не раскрыто. Невзирая на очевидную связь обоих тольяттинских убийств, следователи не объединили дела. Кроме того, они фактически не проработали очевидную и убедительную версию: на момент убийства оба редактора изучали материалы о предполагаемых должностных преступлениях в правоохранительных структурах. По делу Сидорова в 2003 году против невиновного человека были выдвинуты плохо обоснованные обвинения; следователи по делу Иванова установили подозреваемого и объявили его в розыск, но многие считают, что его, возможно, уже нет в живых. Заказчик убийства в обоих случаях так и не был установлен.

Два этих нераскрытых дела дают представление о том, насколько неэффективно работает российская правоохранительная система, когда речь идет о расследовании убийств журналистов. С 2000 года было совершено девятнадцать таких убийств, а преступников осудили всего в двух случаях, что является следствием характерной для российской правоохранительной системы коррумпированности, безответственности и конфликта интересов. В последнее время отмечаются определенные сдвиги:уровень безнаказанности-- один из самых высоких в мире--снизился благодаря осуждению виновных в убийстве Анастасии Бабуровой, совершенном в 2009 году, и задержаниям по делу об убийстве в 2006 году Анны Политковской. Однако именно на примере дел об убийствах в провинциальных городах, менее заметных и подверженных влиянию местных властей, можно судить о том, насколько серьезно руководство страны намерено утвердить верховенство закона.

Возрождение и крушение надежд

В России расследование самых серьезных преступлений, в том числе убийств, и привлечение к ответственности за них, осуществляется в рамках централизованной системы с контрольными органами в Москве и региональными отделениями по всей стране. По утверждению властей, были предприняты шаги к повышению независимости и прозрачности этой системы. В 2007 году администрация президента Владимира Путина разделила функции расследования и привлечения к ответственности, создав сеть следственных комитетов. Генеральная прокуратура, как и прежде, принимает решения о предъявлении обвинений и выступает обвинителем в судебных процессах.

В 2010 году, после встречи с делегацией Комитета по защите журналистов, обеспокоенного многочисленными нераскрытыми убийствами журналистов, произошедшими за десять лет на территории страны, Следственный комитет РФ объявил о своем намерении вновь начать расследование по некоторым приостановленным делам. Тольяттинские дела были изъяты из юрисдикции местных властей и переданы на рассмотрение регионального следственного комитета в Самаре. Это вызвало одобрительную реакцию со стороны коллег журналистов и членов их семей, утверждавших, что тольяттинские власти, которые неоднократно критиковали в своей газете Иванов и Сидоров, не могут должным образом расследовать эти убийства.

Эти заявления дали повод надеяться, что спустя девять лет правосудие наконец восторжествует. Представитель КЗЖ съездила в Самару и Тольятти, где встретилась со следователями, а также с членами семей и коллегами погибших. Несмотря на все ожидания, возобновление расследований практически не принесло ощутимых результатов.

Глава самарского следственного комитета Виталий Горсткин сообщил КЗЖ, что следователи установили личность подозреваемого в убийстве Иванова: им оказался известный член шамилевской организованной преступной группировки, уже находящийся в розыске в связи с рядом других убийств. По словам Горсткина, тридцативосьмилетний подозреваемый Сергей Африкян предположительно бежал из России и объявленный в международный розыск. Других подозреваемых по делу Иванова органы не ищут и не задерживали, хотя Горсткин признал, что следователям не удалось установить заказчика убийства Иванова. Он сообщил КЗЖ, что мотив убийства связывают с журналисткой деятельностью Иванова или его бизнесом.

Родственники Иванова скептически относятся к текущему расследованию. По сообщениям российских новостных агентств, в конечном счете, было установлено, что Африкян, местный предприниматель, предположительно совмещавший бизнес с заказными убийствами, сам был убит после неудачного покушения на судью из Самары. «Я думаю, что они просто решили разом повесить на мертвеца несколько преступлений»,-- сказала представителю КЗЖ Стелла Иванова, сестра журналиста.

«Это очень удобная версия-- она позволяет прекратить расследование и сдать в архив дело об убийстве моего мужа,-- говорит Елена Иванова, вдова редактора.--Я не верю, что проводится серьезное расследование. Происходит вот что: делается первый шаг, некий символический жест, и на этом все заканчивается». Вдова редактора упомянула, что представитель самарского следственного комитета встречался с ней в октябре 2010 года и пообещал ей, что «на этот раз расследование будет вестись по-другому» и что убийцы ее мужа предстанут перед судом. С тех пор никакой информации от следственного комитета она не получала.

Как выяснилось, активная работа по делу была приостановлена в апреле, когда следователи пришли к выводу об отсутствии других версий или подозреваемых, по словам Горсткина. Он сообщил КЗЖ: «Однако органы продолжают искать новые улики. Интенсивность нашей оперативной работы не вызывает сомнений». По его словам, следственные органы опросили всех вероятных свидетелей по делу-- включая тех, чья личность или деятельность получала негативную оценку в статьях «Тольяттинского обозрения»,--и проработали все вероятные версии.

По-видимому все кроме одной, которая, возможно, позволила бы установить связь между двумя этими убийствами.

Журналисты «Тольяттинского обозрения» сообщили представителям КЗЖ, что в апреле 2002 года Иванов проверял информацию о присвоении сотрудниками правоохранительных органов активов, принадлежавших известному криминальному авторитету Дмитрию Рузляеву, который был убит в 1998 году. Иванов так и не закончил свою статью, но, как было указано еще в отчете КЗЖ, опубликованном в 2009 году под заголовком «Анатомия безнаказанности», Сидоров продолжил это расследование и занялся поиском финансовых документов, которые помогли бы установить связь между пропавшими активами Рузляева и сотрудниками правоохранительных органов.

Вечером 9 октября 2003 года Сидоров сказал одному из коллег, что получил важный пакет документов и готов закончить статью. Забрав с собой эти документы, он отправился домой, поскольку в тот день к нему должны были прийти гости, но у подъезда неизвестный нанес ему несколько ударов ножом.

Горсткин отметил, что история с Рузляевым «рассматривалась в ходе расследования», но не сообщил, как именно. Он также заметил, что «пессимистично» относится к возможности раскрытия убийства, поскольку следователи проверили ряд подозреваемых по делу Сидорова, но не нашли доказательств - для предъявления обвинений. По словам Горсткина, 21 января 2011 года, спустя четыре месяца после возобновления расследования, дело об убийстве Сидорова вновь было приостановлено. Тогда публично о приостановке дела объявлено не было, в прессе также не появлялось никакой информации об этом.

Проигнорированная версия

У Владимира, отца Алексея Сидорова, хранится огромный архив документации, переписки с государственными органами и заметок в прессе, которые он собрал за годы, прошедшие после убийства сына. В соответствии с российским законодательством, Владимир Сидоров получил доступ к материалам первоначального расследования после его окончания. Среди них есть собранные следователями показания репортеров «Тольяттинского обозрения» о том, что перед убийством Сидоров готовил несколько статей на болезненные темы. По словам отца журналиста, в этих свидетельствах содержится важная информация, которую следователи не проверили должным образом. В них в частности шла речь о злоупотреблении должностными полномочиями при расследовании дела Рузляева. Как сообщил следователям один из репортеров «Тольяттинского обозрения», по утверждению Алексея Сидорова у него появились материалы, доказывающие факт незаконного присвоения средств Рузляева. «Это миллионы, большие деньги, большое состояние, -- заметил Владимир Сидоров. -- Тем не менее следствие не проверяло эту информацию».

Николай Шпаков, в то время районный прокурор который участвовал в пересмотре первоначального расследования по делу об убийстве Сидорова, заявил КЗЖ, что не помнит об этой версии. «Я сейчас не помню конкретные материалы,-- ответил он, когда у него спросили, рассматривалась ли работа редактора над материалами по делу Рузляева в качестве возможного мотива убийства. --Но мы проверяли все возможные версии.»

Первоначальное расследование завершилось предъявлением весьма сомнительного обвинения Евгению Майнингеру, рабочему местного завода. Следователи утверждали, что Майнингер, находившийся в состоянии алкогольного опьянения, случайно повстречал Сидорова, попросил у него денег на водку и, обиженный отказом, убил редактора. После трехдневного допроса следователям удалось добиться от Майнингера соответствующего признания. Однако вскоре обвиняемый отозвал свои показания, заявив, что давал их под давлением; по словам очевидцев, убийца был выше ростом, чем Майнингер; сотрудники Майнингера заявили, что их заставляли давать ложные показания против него. Коллеги и родственники Сидорова приветствовали освобождение Майнингера в октябре 2004 года, заявив, что дело против него было сфабриковано.

В настоящее время Шпаков обвиняет отца и коллег убитого редактора в том, что они не оказывали достаточного содействия следствию. «Мы допрашивали их всех,-- говорит он о журналистах «Тольяттинского обозрения»,-- но, насколько я помню, никто из них не предоставил конкретных данных, которые мы могли бы проверить ... Отец погибшего и вовсе ничего не давал. Единственное, что мы получили от него - это категорическое несогласие с тем, что убийство его сына могло быть не связанно с его профессиональной деятельностью. Никаких других аргументов он не понимал и не хотел слышать. Он не сообщил нам никаких фактов, которые мы могли бы проверить - ни в ходе расследования, ни на суде, ни сейчас».

«Следователь должен сделать все возможное. И я должен сказать, что в этом деле мы действительно сделали все возможное»,-- заявил Шпаков, который теперь возглавляет следственный комитет в Тольятти.

Следствие по делу убийства сына лишило Владимира Сидорова веры в российское правосудие. По его словам, в состав нового следственного комитета в Тольятти вошли некоторые из сотрудников, проводившие первоначальное «халтурное» расследование. После уголовного процесса по делу Майнингера Сидоровы и их адвокат изучили материалы дела и обнаружили по их словам многочисленные следственные нарушения. Как рассказал КЗЖ Владимир Сидоров, на протяжении многих лет он пытался подать жалобу на действия следственных органов и прокуратуры. «Я писал - куда только можно, в том числе министрам и депутатам, но безуспешно. Я выяснил, что в России простой человек не может подать в суд на следователя или прокурора. Например, однажды окружной суд удовлетворил мою жалобу, но вышестоящий суд аннулировал это решение. В другом случае один депутат пообещал мне, что будут приняты все необходимые меры, но ничего не произошло. Вместо этого некоторые из должностных лиц, на которых я хотел подать в суд, получили повышение... Тогда мне стало ясно, что сам я эту систему победить не смогу», - сказал он.

Сегодня «Тольяттинское обозрение», которое было образцом независимого издания, прямо и открыто писало о коррупции местных властей, организованной преступности и неправомерных действиях правительства, трудно узнать. С момента убийства Сидорова в 2003 году газета сменила шесть редакторов; кроме того, неоднократно менялись владельцы и общая позиция газеты. Как сообщили КЗЖ бывшие коллеги убитых редакторов, штат издания также практически полностью сменился. Наследие Иванова и Сидорова под угрозой: в феврале 2008 года сотрудники специального отдела полиции Тольятти провели рейд в отделе новостей «Тольяттинского обозрения» и конфисковали все двадцать находившихся там компьютеров под предлогом поиска нелицензионного программного обеспечения «Майкрософт».

Сотрудники газеты уверены, что конфискация была проведена в отместку за опубликованные в газете материалы. Позднее компания «Майкрософт» опровергла информацию о том, что рейд производился по ее инициативе: «Мы однозначно против использования прав интеллектуальной собственности для борьбы с политическим свободомыслием». Изъятые жесткие диски содержали электронный архив «Тольяттинского обозрения» -- материалы всех журналистских расследований, публиковавшихся с момента основания газеты в 1996 году, пока ее редакторами были Иванов и Сидоров. Компьютеры так и не были возвращены газете.

Расследование тольяттинских убийств иллюстрирует системные проблемы, препятствующие раскрытию других 15 убийств журналистов, совершенных в России с 2000 года. Несмотря на определенные успехи российских властей в борьбе с безнаказанностью, большинство преступлений остаются нераскрытыми из-за отсутствия политической воли. Новые обещания расследовать убийства Валерия Иванова и Алексея Сидорова разбились о старые недобросовестные привычки. Как сказал Владимир Сидоров, «система представляет собой корпоративный организм, отдельный человек с ней справиться не может». Российским властям придется приложить немало усилий, чтобы доказать ошибочность этого скептического суждения. Существует только один способ добиться этого: найти убийц Валерия Иванова и Алексея Сидорова, предъявить им обвинение и вынести обвинительный приговор. Настоящих убийц.

В 2011 году Нина Огнянова, координатор европейской и центрально-азиатской программы КЗЖ, провела в России три месяца по приглашению Союза журналистов России и в рамках Глобальной кампании КЗЖ по борьбе с безнаказанностью, изучая дела убитых в России журналистов. Глобальная кампания КЗЖ по борьбе с безнаказанностью проводится при поддержке фонда Джона С. и Джеймса Л.Найтов.

РЕКОМЕНДАЦИИ КЗЖ

• Возобновить расследование убийств Валерия Иванова и Алексея Сидорова.
• Объединить два этих дела в одно.
• Тщательно проверить, не было ли убийство редакторов связано с их работой над материалами о предполагаемом незаконном присвоении активов Дмитрия Рузляева сотрудниками правоохранительных органов. (На момент убийства оба редактора собирали материалы для соответствующей статьи.) Публично объявить о результатах расследования.
• Осуществлять систематический и всесторонний контроль над деятельностью самарского отделения Следственного комитета по расследованию тольяттинских убийств. Поручить это расследование независимым следователям и создать условия, при которых они смогут беспрепятственно выполнять свои должностные обязанности.
• Регулярно информировать родственников убитых редакторов о ходе расследования.
• Предоставить доступ к материалам дела родственникам Иванова и Сидорова, а также их законным представителям.

Прошло восемь лет с тех пор как Юрий Щекочихин, заместитель главного редактора независимого издания «Новая газета», умер мучительной смертью от болезни, которая в течение нескольких дней буквально «сняла» с него кожу, вызвала один за другим повреждение органов, и привела к смерти.

3 июля, в годовщину смерти Щекочихина, его семья, друзья и коллеги собрались на даче журналиста в Переделкино, на юго-западе Москвы, чтобы почтить его память. Состав гостей был довольно разноликим.

«У него был редкий талант привлекать к себе самых разных людей - все они тяготели к нему», - отметил Вячеслав Измайлов, военный корреспондент «Новой газеты», когда я указала на разнородность гостей. «При жизни он собирал людей по такому же принципу. Люди, которых вы видите здесь, обычно не сходятся вместе в других местах. Тем не менее, он дружил с каждым из них и дорожил этой дружбой».

Сильная любознательность, способность собирать информацию из разных источников, писательский талант и мужество сделали Щекочихина блестящим журналистом- расследователем, способным раскрывать сюжеты как никто другой. Этими же качествами он заработал себе и недоброжелателей.
                                         
Новый документальный фильм о Щекочихине режиссера Евгении Головни, показанный в Переделкино в воскресенье, 3 июля, рисует глубоко личный портрет журналиста, который раздвинул границы профессии с первого дня нахождения в ней. «Это был молодой человек в изношенной рубашке и потёртых джинсах», - вспоминает в фильме его бывшая коллега. «Тем не менее он задавал самые дерзкие вопросы. Он сразу схватывал суть дела».

С самого начала своей карьеры Щекочихин энергично брался за решение наиболее щекотливых и опасных тем, таких как резкий рост организованной преступности начала 1990-х годов; размах коррупции в высших эшелонах власти; безнаказанность, вызванную коррупцией в правохранительных органах; и нарушения прав человека в Чечне и на Северном Кавказе.

«Он не знал покоя», - сказал о Щекочихине Алексей Симонов, президент Московского Фонда защиты гласности. «Он верил, что один человек может изменить мир. И он продолжал усердно долбить стену. Он был хороший долбежник. Но, стена, тем не менее, осталась».

До своей смерти 3 июля 2003 г, Щекочихин занимался одним из громких дел. Он проводил расследование сложных коррупционных схем вокруг московской мебельной компании «Лига Марс», и двух ее магазинов - «Гранд» и «Три кита». Щекочихин пользовался своим положением депутата Государственной Думы для того, чтобы получать доступ к официальным источникам и секретным документам, имевшим отношение к этому делу. У него был доступ ко внутренней информации, способности и бесстрашие, чтобы докопаться до правды.

На страницах «Новой газеты», Щекочихин обвинил Генпрокуратуру в получении 2 млн долл. США в виде взяток в обмен на прекращение расследования по делу «Трех китов» в 2002 г. Несмотря на угрозы, появившиеся после публикации этой статьи, он продолжил «копать». За его расследованием последовали другие статьи, которые выводили дело «Трех китов» на международный уровень - нити вели в Германию, Италию, и США. Щекочихин обвинил российскую прокуратуру в намеренном игнорировании доказательств и нежелании сотрудничать с международными партнерами.

В своей последней статье расследования, опубликованной 2 июня 2003 г., Щекочихин рассказал о дерзком убийстве свидетеля, который проходил по делу «Трех китов», в хорошо охраняемом московском военном госпитале, и об угрозах, полученных председательствующим судьей по почте. 

Через месяц после этой публикации Щекочихин слег с загадочной болезнью. По словам врачей, у Щекочихина наблюдались симптомы крайне редкого синдрома Лайелла - острого дерматологического заболевания, чаще всего имеющего лекарственное происхождение. Семья, друзья и коллеги уверены, что Щекочихина отравили, чтобы он прекратил писать про дело «Трех китов». Сегодня расследование дела «Трех китов» остается формально открытым, но после смерти Щекочихина, им никто не занимается всерьез.

После почти пяти лет попыток, семья Щекочихина и его коллеги в «Новой газете» убедили власти открыть уголовное расследование смерти редактора. Но следствие было закрыто в течение года. В решении, которое было вынесено в апреле 2009 г. следователи заявили, что они не смогли выявить «факты, указывающие на насильственную смерть Щекочихина». «Новая газета» обязалась продолжить борьбу за справедливость. 

Газета до сих пор борется. В сентябре 2010 года Следственный комитет РФ, структура, занимающаяся особо важными преступлениями, объявил о повторном открытии дела Щекочихина. СК сослался на то, что необходимо рассмотреть неназванные новые доказательства. Как заявил 3 июля в ПеределкиноПавел Зайцев, адвокат родственников Щекочихина, в данный момент дело вновь открыто. Однако остается неясным, что подтолкнуло дело к производству, сообщил Зайцев. Власти не разрешили ему ознакомиться с материалами дела.

Друзья Щекочихина настроены скептически. Безнаказанность убийц журналистов--а они твердо уверены, что Щекочихин был убит--уже укоренилась в России. Недавний суд над двумя обвиняемыми в двойном убийстве в январе 2009 г. корреспондента «Новой газеты» Анастасии Бабуровой и адвоката Станислава Маркелова--это лишь редкий проблеск надежды на то, что правосудие может восторжествовать. Дело Бабуровой лишь второе из списка девятнадцати убийств журналистов совершенных с 2000-го года, в котором убийцы журналиста были осуждены. Во всех девятнадцати случаях заказчики убийств остались на свободе.

В Переделкино 3 июля семья Щекочихина, коллеги и друзья почтили его память - человека, который вдохновлял их своим идеализмом, жизнелюбием, интеллектом и смелостью. Но вопрос о том, что случилось с Щекочихиным тяжело навис среди воспоминаний, смеха и поминальных тостов.

(Репортаж из Переделкино)

Михаил Бекетов теперь может ходить--по своему дому в подмосковном городе Химки он передвигается с помощью протеза ноги и опираясь на костыли. Именно здесь, во дворе его дома, на редактора газеты напали два года и семь месяцев назад. Именно в этом дворе нападавшие оставили его умирать. То, что Бекетов может стоять самостоятельно является свидетельством явной силы человека, которого друзья называют прирожденным бойцом. Он может быть упрямым, говорят они, и именно поэтому он никогда не отвернется от идеи в которую верит.

В то время как компания Vinci принимает извинения, нападавшие на Бекетова по-прежнему разгуливают на свободе. В ноябре прошлого года Александр Бастрыкин, глава Следственного комитета России, официально заявил, что расследование нападения на Бекетова возобновлено; в настоящее время им занимается Следственный комитет РФ по Московской области. Однако, до сих пор следователи не объявили о каком-либо прогрессе.

Я попросила Людмилу Федотову, руководителя Фонда помощи журналисту Михаилу Бекетову, показать мне место, где Бекетов был найден лежащим после нападения. Металлический забор загораживает мощенный камнем двор с улицы. Но не полностью. Через дорогу от дома Бекетова расположены несколько домов, жители которых могли видеть что происходит у него во дворе или возле его дома. Были ли опрошены все соседи? Неужели никто из соседей не слышал, что происходило так близко от них? И просматривали ли следователи видеозаписи с камер наблюдения в этом районе? Следователям еще предстоит ответить на эти, и многие другие вопросы.

Пролежав два года в больнице, пройдя через многочисленные хирургические операции, и получив обширное лечение, Бекетов вернулся домой. Друзья заботятся о нем, и ему необходима помощь. В ноябре 2008 года нападавшие пытались избить журналиста до смерти. Они проломили ему череп, перебили пальцы обеих рук, выбили зубы и сломали обе ноги (одну ногу пришлось ампутировать). Черепно-мозговая травма была настолько обширна, что Бекетов потерял способность говорить. В начале этого года неврологи смогли частично восстановить его речь с помощью лекарств, но эффект был временным. Как и прежде, Бекетов все понимает, но не может общаться в ответ.

Ему необходимо пройти курс лечения в специализированной клинике. Через этот блог друзья журналиста попросили меня распространить это обращение: они готовы предоставить доступ к подробно составленному диагнозу (эпикризу) Бекетова зарубежным клиникам, специализирующимся на восстановлении речи пациентам перенесшим тяжелую травму. Есть ли клиника, способная и готовая принять Бекетова на лечение? Такое квалифицированное лечение играет большую роль в его дальнейшем восстановлении.

А пока дни проходят медленно. Бекетову постоянно помогает его бывшая коллега, которая сейчас живет у него. Его регулярно посещают друзья. Он играет в шахматы, смотрит телевизор, совершает прогулки. Он часто смотрит на часы. «Он живет по минутам», - говорит мне один из его друзей, - «и он терпеть не может ждать». То же самое можно сказать про тех, кто хочет справедливости. После почти трех лет ожидания они теряют терпение.

(репортаж из Химок)

Президенту Кыргызстана
Розе Отунбаеваевой
Дом Правительства
Бишкек, Кыргызстан
Факс: +996 312 666 062

Уважаемый Президент Отунбаева,

Комитет Защиты Журналистов глубоко обеспокоен продолжающимся преследованием в Кыргызстане двух владельцев СМИ и тюремным заключением журналиста по обвинениям в подстрекательстве и участии в произошедшем в прошлом году этническом конфликте. Преследование Халила Худайбердиева, Джавлона Мирзаходжаева и Азимжона Аскарова (все этнические узбеки) противоречат Вашим заявлениям о приверженности свободе прессы и верховенству закона, и сводят на нет усилия Вашего правительства по восстановлению межэтнического доверия в стране глубоко расколотой со времени июньского конфликта 2010 г.

Обзор КЗЖ показывает, что областные прокуроры сфабриковали уголовные дела в отношении Худайбердиева, Мирзаходжаева и Аскарова в отместку за их журналистскую деятельность. Власти также отказались расследовать сообщения о том, что Аскаров был подвергнут пыткам в камере предварительного заключения.

Худайбердыев, основатель и владелец местного телеканала «Ош ТВ» и Мирзаходжаев, владелец независимой телекомпании «Мезон-ТВ» и газет «Итоги недели», «Портфель», сообщили КЗЖ, что их преследуют за освещение митинга протеста, проходившего в мае 2010 года на юге Джалал-Абадской области. На митинге, видео с которого доступно в интернете, лидер этнических узбеков и губернатор Джалал-Абадской области осудили насилие и возврат к власти Вашего предшественника Курманбека Бакиева.

Оба владельца СМИ обвиняются в организации и участии в массовых беспорядках, призывах к сепаратизму, разжигании этнической и религиозной вражды, должностных злоупотреблениях, и в создании незаконных вооруженных групп. Находящиеся в вынужденной ссылке, Худайбердиев и Мирзаходжаев узнали об уголовных делах из сообщений в региональной прессе.

Худайбердиев сообщил КЗЖ в деталях, как его телекомпания была снята с эфира  по распоряжению мэра города Оша Мелисбека Мырзакматова. По словам Худайбердиева, мэр вызвал его к себе в кабинет и принудил продать «Ош ТВ» этническому кыргызу. Не оспаривая претензий журналиста в своем интервью кыргызской службе «Радио Свободная Европа/Радио Свобода» Мырзакматов, заявил, что его телекомпания выпускала в эфир провокационные заявления. Хотя Худайбердиеву было разрешено продолжить работу на«Ош ТВ», запугивания со стороны служб безопасности и продолжающиеся угрозы вынудили его покинуть Кыргызстан.

В том же духе, мэр Оша распорядился закрыть телекомпанию «Мезон ТВ» в июне прошлого года, и с тех пор станция так и не возобновила свое вещание. Столкнувшись с угрозой жизни, Мирзаходжаев вскоре после этого бежал из страны, в результате чего его газеты также прекратили издаваться. В своем интервью РСE/РС, мэр Мырзакматов обвинил Мирзаходжаева в «ответственности за гибель сотен мирных жителей». После вынужденного побега двух директоров из страны, трансляции передач на узбекском языке в южной части Кыргызстана практически исчезли.

Мира Карыбаева и Эркинбек Мамыров, руководители отделов Вашей администрации, сообщили КЗЖ на встрече в Нью-Йорке в прошлом месяце, что освещение акций протеста не является преступлением в Кыргызстане, и что власти расследуют сообщения о пытках задержанных лиц. Несмотря на эти заявления, кыргызская прокуратура продолжает выдвигать обвинения против двух директоров и не проводит расследования избиения милицией Аскарова в Джалал-Абадском следственном изоляторе.

КЗЖ проинформировал Вас о деле Аскарова в сентябре прошлого года. Он был арестован по обвинению в разжигании насилия на этнической почве--впоследствии переквалифицированного прокуратурой на соучастие в убийстве сотрудника милиции и хранение боеприпасов--и приговорен к пожизненному заключению несмотря на отсутствие доказательств своей вины и многочисленные процессуальные нарушения в ходе судебного разбирательства.

В декабрьском интервью независимому новостному региональному вебсайту Фергана, Аскаров подробно описал детали своего ареста и избиения в Джалал-Абадском следственном изоляторе. Он заявил, что милиция заставила его отречься от обвинений в избиении, когда Министерство юстиции проводило проверку его заявления осенью прошлого года. Аскаров также заявил, что не признает выдвинутые против него уголовные обвинения, в том числе в соучастии в убийстве сотрудника милиции. В последнем интервью, данному из тюрьмы корреспонденту вебсайта Фергана, Аскаров заявил, что он пришел на место убийства сотрудника милиции в качестве журналиста после того, как соседи сообщили ему о данном инциденте. Во время суда, Аскаров заявил, что его соседи хотели дать показания в его пользу, но областная милиция и прокуратура вынудили их хранить молчание.

Аскаров также сообщил корреспонденту Ферганы, что после того, как конфликт распространился на его родное село Базар-Коргон, он приступил к исполнению обязанностей репортера: брал интервью у жертв конфликта, фотографировал тела убитых мирных жителей и сожженные дома. До своего ареста 15 июня 2010 г., Аскаров передавал собранную им информацию киргизским правозащитникам и представителям международных организаций в Бишкеке. Областной суд отклонил апелляцию Аскарова и его дело в настоящее время находится на рассмотрении в Верховном суде Кыргызстана.

Госпожа Президент, Вы публично заявили о приверженности Вашего правительства свободе прессы и верховенству закона. Мы призываем Вас следовать Вашим заявлениям. Продолжающиеся репрессии в отношении представителей этнических средств массовой информации должны быть немедленно прекращены. Мы призываем Вас поручить министру юстиции провести тщательное расследование злоупотреблений властью со стороны местных прокуроров, и на основании сделанных выводов дать гарантии того, что упомянутые нами уголовные преследования будут прекращены, а обвинения сняты. Работая над возобновлением вещания новостей на узбекском языке, Вы сможете преодолеть этнические разногласия, которые вызывают напряженность в Кыргызстане.

Благодарим Вас за внимание к этому неотложному вопросу.

С уважением,

Джоэл Саймон
Исполнительный директор

НЬЮ-ЙОРК
Россия и Мексика, страны с самым высоким уровнем убийств журналистов, движутся в разных направлениях в борьбе с убийствами сотрудников прессы, говорится в недавно обновленном выпуске «Индекса безнаказанности» Комитета по защите журналистов. Данное исследование, рассчитывающее процентное соотношение количества нераскрытых убийств журналистов к численности населения страны, свидетельствует об улучшении ситуации в России, где число убийств журналистов пошло на убыль, а обвинение добилось вынесения приговора по двум громким делам. Однако в Мексике количество убийств представителей прессы продолжает неуклонно расти, а власти по-видимому не способны привлечь убийц к ответственности.

Согласно индексу КЗЖ, в Колумбии уже несколько лет подряд сохраняется тенденция к улучшению ситуации, и некоторый прогресс был отмечен в Бангладеш. Однако в странах, занимающих верхние позиции в данном индексе -- в Ираке, Сомали и на Филиппинах -- прогресса не отмечено, а в некоторых из них обстановка только усугубляется. Ирак, где показатели безнаказанности как минимум в три раза выше, чем в любой другой стране, четвертый год подряд занимает первое место в индексе КЗЖ. Хотя в последние годы в Ираке количество смертей в результате перестрелок и других связанных с конфликтом причин сократилось, число преднамеренных убийств журналистов в 2010 году резко увеличилось.

«Данные «Индекса безнаказанности» за 2011 год обнажили суровый выбор, стоящий перед правительствами: либо всерьез заняться решением проблемы насилия над журналистами, либо смириться с дальнейшим ростом числа убийств и распространением самоцензуры», -- заявил исполнительный директор КЗЖ Джоэль Саймон. «Обвинительные приговоры, вынесенные в России, - это проблеск надежды после многих лет безразличия и отрицания. Однако ситуация в Мексике крайне тревожная: наблюдается всплеск насилия, а правительство не принимает обещанных решительных мер».

В публикуемом КЗЖ с 2008 года ежегодном исследовании «Индекс безнаказанности» перечислены страны, в которых периодически убивают журналистов, а правительства неспособны привлечь убийц к ответственности. В последнем выпуске индекса КЗЖ проанализировал до сих пор остающиеся нераскрытыми убийства журналистов, произошедшие в период с 1 января 2001 по 31 декабря 2010 года. В индекс вошли 13 стран, в которых нераскрытыми остались пять или более убийств. Убийство считается нераскрытым, если в связи с ним никого не привлекли к ответственности.

Безнаказанность является ключевым показателем при оценке уровня свободы слова и прессы во всех странах мира. Проведенное КЗЖ исследование свидетельствует о том, что безнаказанные убийства журналистов зачастую вызывают безудержное распространение самоцензуры в прессе. КЗЖ установил, что журналисты разных стран мира, от Сомали до Мексики, избегают опасных тем, бросают журналистику или покидают родину, спасаясь от расправы.

В прошлом году делегации КЗЖ встретились с главами государств на Филиппинах, в Мексике и Пакистане, а также с высокопоставленными сотрудниками правоохранительных органов в России, с целью добиться системных реформ и привлечения к ответственности лиц, виновных в нераскрытых убийствах журналистов. На каждой из этих встреч высокопоставленные должностные лица пообещали пресечь безнаказанность в своих странах, однако сделать это будет нелегко. По данным КЗЖ, укоренившаяся в правоохранительных органах коррупция и дезорганизация неизменно препятствуют правосудию в расследовании убийств журналистов. И хотя имена подозреваемых по десяткам нераскрытых дел, изученных КЗЖ при составлении данного индекса, были публично установлены, власти не могут или не хотят привлечь их к ответственности.

В Мексике администрация президента Фелипе Кальдерона провела ряд масштабных реформ, в частности расширив полномочия специального прокурора по преступлениям против свободы слова, но добиться вынесения обвинительных приговоров в насквозь коррумпированной судебной системе прокурорам по-прежнему не удается. Президент Филиппин Бениньо Акино пообещал наказать виновников убийства десятков журналистов и других граждан в провинции Магинданао в 2009 году, однако судебный процесс по-прежнему идет в условиях запугивания и подкупа свидетелей.

По данным КЗЖ, среди 13 государств, вошедших в индекс за 2011 год, Россия добилась значительных успехов. После встречи с делегацией КЗЖ в 2010 году высокопоставленные сотрудники следственных органов возобновили следствие по нескольким нераскрытым делам об убийстве журналистов, а в апреле текущего года были вынесены обвинительные приговоры по делу об убийстве в 2009 году в Москве журналистки Анастасии Бабуровой.

«Чтобы понизить свой рейтинг в «Индексе безнаказанности», правительства должны сделать две вещи: раскрыть совершенные преступления и пресечь дальнейшее насилие в отношении работников СМИ. Один из способов достичь этого - обеспечить решительные и своевременные действия правоохранительных органов в случае возникновения угроз для журналистов» -- сказал Джоэль Саймон. «Такие угрозы необходимо тщательно расследовать, а журналистов, которым угрожают, при необходимости обеспечивать охраной и оказывать содействие во временной смене места жительства. Правительство Колумбии взяло на себя серьезную ответственность по защите журналистов, что положительно отразилось на рейтинге этой страны в индексе».

• Бразилия вернулась в индекс, выпав из него год назад. Хотя власти Бразилии успешно привлекают убийц журналистов к ответу, добившись в последние годы вынесения нескольких обвинительных приговоров, в стране продолжается насилие в отношении представителей прессы. Нераскрытое убийство в октябре 2010 года занимавшегося разоблачениями радиожурналиста стало в этой стране пятым за последнее десятилетие.
• Во всех упомянутых в индексе странах жертвами подавляющего большинства нераскрытых убийств стали  местные журналисты. Лишь около 6% таких преступлений приходится на долю журналистов-международников, убитых во время работы за границей.
• Угрозы в адрес журналистов - характерный признак готовящегося насилия. Более чем 40 процентам жертв, включенных в данный индекс, перед убийством угрожали.
• В странах со слабой правоохранительной системой наиболее опасной сферой является политическая журналистика. Порядка 30% жертв нераскрытых убийств, учтенных в данном индексе, занимались освещением политики.
• Около 28% жертв освещали вооруженные конфликты, что также отражает выявленную КЗЖ устойчивую тенденцию. По данным КЗЖ, даже в зонах военных действий целенаправленное убийство журналистов не редкость.
• По данным последних изданий индекса, безнаказанность царит во всей Южной Азии. В индекс 2011 года вошли шесть стран этого региона -- Шри-Ланка, Афганистан, Непал, Пакистан, Бангладеш и Индия.

КЗЖ представит «Индекс безнаказанности» за 2011 год на 17-м общем собрании Международной ассоциации по защите свободы слова в Бейруте, на котором соберутся защитники свободы прессы со всего мира. «Индекс безнаказанности» КЗЖ готовится в рамках Глобальной кампании по борьбе с безнаказанностью. Кампания финансируется Фондом Джона и Джеймса Найтов и направлена на Россию и Филиппины, занимающие ведущие места в мире по уровню безнаказанности.

ИНДЕКС

В приведенный ниже индекс вошли тринадцать стран, в которых периодически происходят убийства журналистов, а правительства не могут или не желают привлечь убийц к ответственности. Исследование охватывает период с 2001 по 2010 годы.

1. ИРАК

Безнаказанность в Ираке, стране с самым высоким в мире рейтингом по количеству нераскрытых преступлений в отношении журналистов, стала еще более удручающей. Ни одно из 92 убийств журналистов, зафиксированных в Ираке за последнее десятилетие, не было раскрыто, и после кратковременного спада целенаправленные убийства журналистов вновь участились в 2010 году. Жертвой одного из четырех убийств, совершенных в 2010 году, стал сотрудник нескольких СМИ Сардашт Осман. Журналисту неоднократно угрожали в связи с репортажами, в которых он обвинял чиновников регионального правительства Курдистана в коррупции. Расследование его убийства является наглядным примером глубоко укоренившейся в Ираке практики безнаказанности. Власти бездействовали, пока международная общественность не стала оказывать на них давление. Затем следователи составили беглый отчет в 430 слов, в котором они в расплывчатой форме обвинили Османа в связях с экстремистской группой, в результате чего он якобы и был убит. Этот отчет, в котором не приводилось никаких доказательств в подтверждение содержащихся в нем заявлений, подвергся повсеместному осуждению как недостоверный и непрозрачный.

Коэффициент безнаказанности: 2.921 нераскрытых убийств журналистов на миллион жителей.

2. СОМАЛИ

Ни одно из совершенных за последнюю декаду в Сомали 10 убийств журналистов не было раскрыто. В результате этого страна имеет наихудший рейтинг безнаказанности на Африканском континенте и занимает по этому показателю второе место в мире. В списке жертв - журналист Шейх Нур Мохамед Абкей, которого после пыток расстреляли в мае 2010 года. Ответственность за убийство Абкея, одного из старейших журналистов страны, погибшего в отместку за свою работу на государственном радио «Могадишо», взяли на себя боевики группировки Аль-Шабаб. Рейтинг безнаказанности в Сомали - это всего лишь один из показателей общей ужасающей ситуации в СМИ: по сведениям КЗЖ, около 60 сомалийских журналистов бежали из страны за прошедшее десятилетие, спасаясь от угроз, а оставшиеся выживают за счет жесткой самоцензуры .

Коэффициент безнаказанности: 1.099 нераскрытых убийств журналистов на миллион жителей.

3. ФИЛИППИНЫ

В 2010 году КЗЖ провел продолжительные совещания с высокопоставленными представителями министерства юстиции, обсуждая проблемы безнаказанности. Президент Акино лично пообещал пресечь безнаказанное насилие в отношении работников прессы в стране. Однако филиппинские чиновники подчеркнули трудность выполнения этой задачи в стране, где за последнее десятилетие было безнаказанно убито 56 журналистов. Судебное разбирательство в отношении десятков обвиняемых в зверской расправе 2009 года в провинции Магинданао, во время которой было убито 32 журналиста и работника СМИ, отражает характерную для страны картину: власти часто устанавливают личности подозреваемых, но редко добиваются обвинительных приговоров. Первоначальные судебные действия по делу об убийствах в Магинданао проходят в обстановке запугивания и подкупа свидетелей, а также некомпетентности и коррупции среди местных следователей. В ходе медленно продвигающегося судебного процесса не было вынесено еще ни одного обвинительного приговора. Тем временем расправы не прекращаются: радиожурналисты Хоселито Агустин и Десидарио Камангьян были убиты в 2010 году, после репортажа о местной коррупции.

Коэффициент безнаказанности: 0.609 нераскрытых убийств журналистов на миллион жителей.

4. ШРИ-ЛАНКА

Правление президента Махинды Раджапаксы совпало с темной эрой целенаправленных убийств сотрудников СМИ и полнейшей неспособности правоохранительных органов расследовать эти преступления. Все девять убийств журналистов, произошедших за последнее десятилетие, остались нераскрытыми, что наводит на мысль о причастности властей к некоторым из этих преступлений. Эти проблемы иллюстрирует совершенное в 2009 году убийство Ласанты Викраматунги, одного из ведущих редакторов страны и видного критика политики правительства. Викраматунга был избит до смерти среди бела дня группой мотоциклистов на оживленной улице в пригороде Коломбо. Правительство организовало следственные слушания, но никого из подозреваемых не задержали. Вдова Викраматунги Сонали Самарасинге написала в блоге КЗЖ: «Правительство заблокировало следствие, перебрасывая его, как горячую картофелину, из одного следственного органа в другой».

Коэффициент безнаказанности: 0.443 нераскрытых убийств журналистов на миллион жителей.

5. КОЛУМБИЯ

Исторически одна из наиболее опасных для журналистов стран в мире, Колумбия «заработала» свой весьма негативный рейтинг в данном выпуске индекса. Однако за последние четыре года в стране наблюдается улучшение ситуации: число убийств сотрудников прессы снизилось, а власти добились некоторого успеха в преследовании их убийц. Но властям страны предстоит сделать еще многое: одиннадцать убийств журналистов, совершенных за последние десять лет, все еще остаются нераскрытыми. В их числе совершенное в марте 2010 года убийство редактора газеты города Монтериа Клодомиро Кастилья Оспино, который был застрелен после публикации материалов о связях между незаконными правыми военизированными группировками и местными политиками. Колумбийские журналисты, особенно в провинции, сообщают, что до сих пор работают в условиях чрезвычайного давления и часто прибегают к самоцензуре.

Коэффициент безнаказанности: 0.241 нераскрытых убийств журналистов на миллион жителей.

6. АФГАНИСТАН

Ситуация в Афганистане остается без существенных изменений: сообщений о новых убийствах журналистов не поступало, но не наказаны и лица, виновные в семи нераскрытых убийствах, совершенных за последние десять лет. В число нераскрытых дел входит убийство в 2008 году Абдула Самада Рохани, репортера службы Би-Би-Си на языке пушту и сотрудника местного афганского информационного агентства «Паджвок». Рохани расстреляли неподалеку от Лашкаргаха, столицы провинции Гильменд, после репортажа о предполагаемых связях между наркоторговцами и правительственными чиновниками.

Коэффициент безнаказанности: 0.235 нераскрытых убийств журналистов на миллион жителей.

7. НЕПАЛ

За последние десять лет были совершенно безнаказанно убиты шестеро местных журналистов и редакторов. В ряде убийств подозреваются члены маоистских группировок, в том числе в убийстве в 2007 году репортера Бирендры Шаха, критически освещавшего события, которые в то время рассматривались как вооруженное маоистское восстание. Войдя в состав правительства в 2008 году, лидеры маоистских группировок пообещали провести расследование многочисленных нарушений свободы прессы, которые приписывались их членам, включая несколько нападений и похищений, не сопровождавшихся гибелью людей. Тем не менее, пока что торжества правосудия не наблюдается.

Коэффициент безнаказанности: 0.205 нераскрытых убийств журналистов на миллион жителей.

8. МЕКСИКА

Рейтинг безнаказанности Мексики ухудшается уже третий год подряд. По меньшей мере 13 убийств журналистов, совершенных за последние десять лет в атмосфере поголовной коррумпированности местного правительства и правоохранительных органов, остаются нераскрытыми.  В 2010 году среди бела дня на автостоянке торгового центра неизвестные расстреляли Луиса Карлоса Сантьяго, фотографа издающейся в городе Сьюдад-Хуарес газеты «Эль Диарио». Убийство произошло всего через два года после того, как репортер криминальной хроники «Эль Диарио» Армандо Родригес Карреон был застрелен на глазах у своего младшего брата. Эти убийства вынудили газету существенно сократить освещение таких тем, как наркоторговля и преступность, что свидетельствует о разрушительном воздействии безнаказанного насилия в отношении прессы в Мексике. КЗЖ представил данные о безнаказанности в Мексике в специальном докладе 2010 года «Молчание или смерть в мексиканской прессе», а президент Кальдерон пообещал делегации Комитета провести реформы. Полномочия специального прокурора действительно были расширены, однако остальные реформы, в том числе федерализация преступлений против прессы, продвигаются медленно.

Коэффициент безнаказанности: 0.121 нераскрытых убийств журналистов на миллион жителей.

9. РОССИЯ

В течение 2010 года ни один журналист не был убит в отместку за свою профессиональную деятельность. Впервые с 1999 года в России не зарегистрировано ни одного целенаправленного убийства представителя прессы. В то же время были признаны виновными лица, обвинявшиеся в двойном убийстве в 2009 году репортера Анастасии Бабуровой и правозащитника Станислава Маркелова. Однако раскрыть это убийство, совершенное на улице в центре Москвы двумя радикальными националистами, может оказаться гораздо проще, чем успешно расследовать 16 нераскрытых преступлений, совершенных за последние десять лет. В их числе заказные убийства журналистов-расследователей Анны Политковской и Пола Хлебникова, похищение и убийство Натальи Эстемировой, которая освещала права человека в беспокойном Северо-Кавказском регионе, и загадочное отравление редактора критического издания Юрия Щекочихина. Во время встреч с делегацией КЗЖ в сентябре 2010 года, высокопоставленные сотрудники правоохранительных органов пообещали пересмотреть пять нераскрытых дел об убийствах журналистов и сообщили о некоторых успехах в расследовании убийства Политковской и других делах.

Коэффициент безнаказанности: 0.113 нераскрытых убийств журналистов на миллион жителей.

10. ПАКИСТАН

По меньшей мере 14 убийств журналистов, совершенных за период с 2001 по 2010 год, остаются нераскрытыми. Среди жертв - Мисри Хан, ветеран журналистики и лидер местной ассоциации журналистов, которого расстреляли в сентябре 2010 года при входе в здание пресс-клуба в неспокойном городе Хангу, расположенном неподалеку от афганской границы. Его коллеги сообщили, что ему несколько раз угрожали боевики. В мае 2011 года президент Асиф Али Зардари встретился с делегацией КЗЖ и пообещал возобновить расследование нераскрытых убийств, а также занять более решительную позицию в борьбе с насилием против прессы в целом.

Коэффициент безнаказанности: 0.082 нераскрытых убийств журналистов на миллион жителей.

11. БАНГЛАДЕШ

Рейтинг безнаказанности Бангладеш слегка улучшился, поскольку за пять лет подряд в стране не было убито ни одного журналиста. Однако власти не добились никаких результатов в расследовании пяти убийств журналистов, произошедших в первой половине этого десятилетия. Все жертвы работали в печатных органах и освещали местную коррупцию и преступность. Среди них был Нахар Али, корреспондент ежедневной газеты на бенгальском языке «Анирбан», который в апреле 2001 года скончался от ран, полученных несколькими днями ранее, когда неизвестные в масках похитили и избили журналиста и нанесли ему ножевые ранения. По словам местных журналистов, убийство Али связано с его репортажами о коррупции в полиции и местных преступных синдикатах. До сегодняшнего дня арестов по делу не производилось.

Коэффициент безнаказанности: 0.031 нераскрытых убийств журналистов на миллион жителей.

12. БРАЗИЛИЯ

За последние четыре года Бразилия то появлялась в «Индексе безнаказанности» КЗЖ, то вновь исчезала из него по причине неустойчивых показателей в борьбе с убийствами журналистов. Хотя власти смогли привлечь к ответственности нескольких убийц, в стране по-прежнему не прекращаются случаи насилия в отношении представителей прессы. Бразилия вернулась в индекс в этом году из-за убийства в октябре 2010 года радиожурналиста Франциско Гомесаде Медейроса. Дело Гомеса стало пятым нераскрытым убийством, совершенным в Бразилии за последние десять лет. Однако власти по-видимому продвигаются в расследовании этого преступления, арестовав его предполагаемого исполнителя и организатора, что дает надежду на раскрытие дела.

Коэффициент безнаказанности: 0.026 нераскрытых убийств журналистов на миллион жителей.
В «Индекс безнаказанности» за 2010 год не вошла, поскольку в стране было зафиксировано менее пяти нераскрытых убийств

13. ИНДИЯ

Семь нераскрытых убийств представителей СМИ и отсутствие заметной политической решимости расследовать эти преступления сохранили за Индией ее место в индексе КЗЖ. В числе жертв - репортер Прахлад Гоала, который был убит в 2006 году в северо-восточном штате Ассам после публикации ряда статей о коррупции в местном управлении лесного хозяйства. Арестованный сразу после убийства сотрудник лесного управления вскоре был освобожден; позднее были задержаны и другие подозреваемые, однако обвинительных приговоров по делу не выносилось.

Коэффициент безнаказанности: 0.006 нераскрытых убийств журналистов на миллион жителей.

МЕТОДОЛОГИЯ

«Индекс безнаказанности» Комитета по защите журналистов определяет процентное соотношение числа нераскрытых убийств журналистов к численности населения страны. При составлении данного выпуска КЗЖ проанализировал нераскрытые убийства журналистов за период с 1 января 2001 года по 31 декабря 2010 года. В индексе учтены только те страны, в которых зафиксировано пять или более нераскрытых убийств.

КЗЖ определяет убийство как умышленное нападение на конкретного журналиста в отместку за его профессиональную деятельность. По данным КЗЖ, более чем в 70% случаев журналисты гибнут от рук убийц в связи со своей профессиональной деятельностью. «Индекс» не учитывает случаи гибели журналистов в бою или при выполнении опасных заданий, таких как освещение уличных беспорядков.

Убийство считается нераскрытым, если обвинительный приговор по делу не выносился. При расчете коэффициента безнаказанности для каждой страны использовались данные о численности населения, приведенные в публикации Всемирного банка «Показатели мирового развития за 2009 год».

В 2008 году, приступая к разработке настоящей методологии, КЗЖ пользовался консультациями Мэри Грей, профессора математики и статистики Американского университета в Вашингтоне и члена правления и комитетов «Международной амнистии» и аналогичных организаций. В 2001 году Грей была удостоена президентской награды «За мастерство в науке, математике и инженерном наставничестве».

СТАТИСТИЧЕСКАЯ ТАБЛИЦА

Нераскрытые убийства журналистов на миллион жителей за период с 2001 по 2010 годы. Учтены только страны, в которых зафиксировано пять или более нераскрытых убийств. Убийство считается нераскрытым, если обвинительный приговор по делу не выносился.

Источники данных о численности населения:
Публикация Всемирного банка «Показатели мирового развития за 2009 год»

НАПАДЕНИЯ НА ПРЕССУ
В 2010 ГОДУ
• Предисловие
• Международные
организации не в состоянии
защитить свободу прессы
• Разоблачение невидимых
врагов Интернета
Европа и Центральная
Азия - Анализ
• В Рунете традиционные
формы репрессий
совмещаются с новыми
формами контроля
Обзор по странам
• Азербайджан
• Армения
• Беларусь
• Казахстан
• Кыргызстан
• Россия
• Сербия
• Узбекистан
• Украина
• Другие страны

На протяжении всего года американские и европейские лидеры добивались расположения Алиева в надежде на строительство трубопровода, по которому азербайджанский газ из Каспийского моря будет направляться через Турцию на остальную часть континента. Этот шаг лишил бы Россию контроля за экспортом газа в Европу. Но российские лидеры приняли ответные меры и подписали с Алиевым договоры, предполагающие фактическую скупку излишков азербайджанской нефти и газа. Это дипломатическое соперничество поддержало экономику Азербайджана во время мирового экономического кризиса и позволило стране игнорировать обвинения западных критиков в нарушениях прав человека и свободы прессы.

Не сомневаясь в том, что страна сможет выдержать международное давление, власти продолжали держать в тюрьме Эйнуллу Фатуллаева, получившего в 2009 году Международную премию КЗЖ за свободу прессы. Фатуллаев, редактор двух закрытых в настоящее время газет, оказался в тюрьме в апреле 2007 года по нескольким сфабрикованным обвинениям, включая терроризм и клевету, в отместку за то, что расследовал совершенное в 2005 году убийство своего руководителя и наставника Эльмара Гусейнова. Фатуллаева приговорили к тюремному заключению сроком более восьми лет.

Фатуллаев утверждал, что убийство Гусейнова была заказано высокопоставленными бакинскими чиновниками, а власти замяли расследование этого преступления. Согласно материалам расследования, проведенного КЗЖ в 2008 году, несмотря на то, что по официальной версии подозреваемыми в этом убийстве являются грузинские граждане, власти не предприняли никаких мер для их ареста или экстрадиции. Как и в прошлые годы, никаких сообщений о результатах расследования по делу Гусейнова не поступало.

В марте 2010 года Европейский суд по правам человека в Страсбурге постановил немедленно освободить Фатуллаева, так как правительство Азербайджана нарушило его права на свободу выражения, справедливое судебное разбирательство и презумпцию невиновности. Азербайджан, подписавший Европейскую конвенцию о защите прав человека и основных свобод, должен выполнять постановления Европейского суда.

Европейский суд отклонил апелляцию Азербайджана в октябре, однако на конец года Фатуллаев все еще оставался в заключении. Исследование КЗЖ показало, что к этому времени азербайджанские власти сфабриковали дополнительные обвинения против редактора. В июле Гарадагский районный суд в Баку приговорил Фатуллаева еще к двум с половиной годам тюремного заключения за то, что в его камере якобы был обнаружен героин. Фатуллаев отрицал предъявленное ему обвинение, заявив, что тюремные надзиратели подложили наркотики ему в одежду, когда он принимал душ. На основании слов Фатуллаева и длительного преследования редактора со стороны властей, КЗЖ пришел к заключению, что обвинение в хранении наркотиков было безосновательным. Комитет министров Совета Европы, который наблюдает за выполнением решений Страсбургского суда, сделал Баку выговор за невыполнение постановления об освобождении Фатуллаева.

Сторонники Фатуллаева подверглись агрессивному преследованию после того, как в марте находящийся в заключении редактор обнародовал заявление, в котором открыто обвинил сотрудников Министерства национальной безопасности (МНБ) в организации убийства Гусейнова. 17 марта неизвестный мужчина позвонил в бакинскую квартиру Эмина Фатуллаева, отца редактора, и сказал ему, что они с сыном должны «раз и навсегда заткнуться», в противном случае «вся семья будет уничтожена», сообщил КЗЖ старший Фатуллаев.

В отместку за публикацию заявления Фатуллаева журналистов начали вызывать в бакинское отделение МНБ. По сообщениям в прессе, в МНБ был вызван директор информационного агентства «Туран» Мехман Алиев, редактор газеты «Ени мусават» Рауф Арифоглу, репортер еженедельной газеты «Нота бене» Фарамаз Новрузоглу и руководитель бакинского бюро финансируемого правительством США Радио Свободная Европа/Радио Свобода (РСЕ/РС) Хадижа Исмаилова. В МНБ вызывали и Эльчина Садыгова, адвоката Фатуллаева, где ему задавали вопросы по поводу заявления Фатуллаева. Во время собеседований сотрудники МНБ давали понять, что по их мнению эти публикации наносят ущерб имиджу страны.

В мае власти конфисковали фотографии, видеоматериалы и документы у двух норвежских журналистов, работавших над документальным фильмом о свободе слова в Азербайджане, посвященном делу Фатуллаева. По словам репортера и продюсера документальных фильмов Эрлина Боргена, когда он и его оператор Даг Инге Даль покидали страну после недельной репортерской поездки, в международном аэропорту Баку к ним подошли семеро мужчин, которые не представились. Под предлогом перевеса багажа мужчины конфисковали и проверили ручную кладь журналистов. По словам Боргена, когда они прибыли в Осло, материалов с репортажем в сумках не было. Однако журналисты заранее сделали резервные копии и в конце года смогли завершить работу над документальным фильмом.

Согласно проведенным КЗЖ исследованиям, азербайджанские власти регулярно прибегают к уловкам, чтобы задерживать и сажать журналистов. Два независимых видеоблоггера, Эмин Милли и Аднан Гаджизаде, большую часть 2010 года провели в тюрьме по обвинениям, сфабрикованным в отместку за сатирические сюжеты, в которых высмеивалась политика правительства. В июле 2009 года они стали жертвами подстроенной драки в баре и сами же были арестованы за «хулиганство». Журналистов освободили в ноябре до рассмотрения апелляции. Милли грозило тюремное заключение сроком два с половиной года, а Гаджизаде -- двухлетний срок.

Обстоятельства их ареста разительно напоминают случай с Гениметом Захидовым, редактором бакинской прооппозиционной ежедневной газеты «Азадлыг». Захидов, освобожденный в марте после более двух лет за решеткой, также был осужден за хулиганство. Как показывает расследование КЗЖ, редактор также оказался втянут в подстроенное нападение, в котором его затем обвинили.

Осознавая, что вещательные СМИ являются наиболее популярным источником информации, правительство продолжало жестко контролировать восемь национальных и четырнадцать областных телевизионных станций. Все девять членов Национального совета по телевидению и радиовещанию (НСТР) назначаются президентом. Совету удалось удержать вещательные СМИ в основном в руках союзников Алиева. НСТР по-прежнему не разрешал Би-Би-Си, финансируемым правительством США радиостанции «Голос Америки» и РСЕ/РС вещать на частотах FM в Азербайджане. По сообщениям новостных источников, в 2010 году НСТР разрабатывал новые правила, в соответствии с которыми онлайновые радио- и телевизионные станции обязаны получить лицензию.

Правительство продолжало использовать государственный телеканал AzTV и частные проправительственные радио- и телевизионные станции для трансляции пропагандистских программ, прославлявших Алиева и обеспечивших правящей партии «Ени Азербайджан» победу на парламентских выборах в ноябре. В сентябре, например, вещательные СМИ с энтузиазмом транслировали «празднование» годовщины пребывания Алиева на посту президента, сопровождавшееся подъемом самого большого по утверждению властей флага в мире .

Мало кто из журналистов осмеливался критиковать президента и его семью, и самоцензура оставалась повсеместным явлением из-за действующих в стране ограничительных законов, политизированных судов и пристрастности регулирующих органов. Клевета по-прежнему являлась уголовным преступлением, и осужденным за клевету журналистам грозило до трех лет тюремного заключения. Кроме того, распространению самоцензуры способствовало введение в 2009 году ограничений на деятельность СМИ, согласно которым фотографам запрещается снимать людей, не заручившись их явно выраженным согласием, а новостные издания обязаны печатать опровержения лиц, которые сочли оскорбительным для себя тот или иной выпуск новостей.

Повсеместные ограничения на деятельность традиционных СМИ заставили растущее число жителей, особенно молодых образованных городских жителей, обращаться за новостями в Интернет. Число пользователей Интернета в стране значительно увеличилось - до 44 процентов, по данным Международного союза электросвязи. В отсутствии конкретных правительственных ограничений на новостное вещание в Интернете такие вебсайты, как «Лента», могли освещать события более агрессивно, чем традиционные СМИ. По сообщениям местной и международной прессы, молодые люди все чаще размещали фотографии и видео со своих мобильных телефонов на таких сайтах, как YouTube.

Правительство, обеспокоенное независимым освещением новостей и комментариями в сети, было заподозрено в периодической блокировке критически настроенных вебсайтов для пользователей внутри страны. По сообщениям РСЕ/РС и местной прессы, в марте доступ к вебсайту азербайджанской службы Радио «Свобода» был заблокирован в течение двух дней после того, как на нем был размещен перевод статьи из газеты «Вашингтон пост» о девяти особняках в Дубаи, стоимостью около 75 миллионов долларов США, которые были приобретены на имя трех младших детей президента. По сообщению РСЕ/РС, его специалисты установили, что проблема возникла в Азербайджане; правительство и интернет-провайдеры оставили это сообщение без комментариев.

Журналисты работали в атмосфере безнаказанности, поскольку власти не расследовали случаи нападения на прессу. По сообщению информационного агентства «Туран», 28 июля группа неизвестных людей напала на репортера газеты «Ени мусават» Эльмина Бадалова и заместителя редактора газеты «Милли йол» Анара Герайлы, когда они пытались сфотографировать роскошную виллу в пригороде Мардакана, владельцем которой по слухам является министр транспорта Зия Мамедов. По сообщениям СМИ, нападавшие, которые оказались телохранителями Мамедова, сломали нос Бадалову и разбили его фотокамеру, но к ответственности привлечены не были. Официальных объяснений не последовало.

Освещение событий в юго-западном эксклаве Нахичевань, окруженном Арменией, Ираном и Турцией, было связано с особенным риском; небольшая группа независимых журналистов попыталась сделать репортаж о коррупции в правительстве и подавлении выступлений несогласных граждан в этом доведенном до нищеты регионе. По сообщениям РСЕ/РС, в январе полиция целую неделю не пускала журналистов в поселок Бананьяр после массовой расправы над жителями поселка, протестовавшими против закрытия киосков, в которых они покупали и продавали продукты. По сообщениям РСЕ/РС, в поселок были направлены сотни полицейских, которые запугивали и задерживали недовольных жителей.

В сентябре власти Нахичевани развернули кампанию запугивания Эльмана Аббасова и Хакимэльдосту Мехдиева, местных корреспондентов Институтa свободы и безопасности репортеров (ИСБР - бакинская группа по защите прессы). По сообщениям ИСБР, родственников журналистов принуждали прекратить общение с ними, а людей, приходивших в дома журналистов, допрашивали и кричали на них на улицах. По-видимому власти пытались препятствовать деятельности журналистов перед ноябрьскими парламентскими выборами. Несмотря на это оба журналиста продолжали работать.